В начале войны Прилуки жгли и грабили сами жители

Written by bobrpravda   // 16.09.2013   // 0 Comments

Город

Город

В сентябре 1941 года в Прилуках царило безвластие: жители взламывали и грабили магазины, разворовывали военное и государственное имущество.То время хорошо помнит 87-летний прилучанин Григорий Охрименко, который входил в состав так называемого ?Истребительного батальона г. Прилуки?, задачей которого было ничего не оставить немцам.

За свою жизнь Григорий Елисеевич испытал и голодомора, который отобрал у него отца и немецкой оккупации, и принудительных работ в фашистской Германии, Бельгии и Франции, и непосильного труда в шахтах послевоенного советского Донбасса. Все события, которые стали историческими для Прилук и тогдашнего государства, являются вехами его судьбы, которые навсегда остались в памяти.

— Григорий Елисеевич, расскажите о Вашей жизни накануне войны.

— В 1940-м в Ладанский ФЗУ меня не приняли, потому что было мне всего 13 лет, еще не закончил семилетку, — вспоминает. — А работать хотелось невероятно — и матери помочь хотел, и имел большую зависть к работе! Такое, что мой сосед, коммунар Павел Тимофеевич, видя это, забрал меня к себе на мебельный комбинат. Начал работать там в ширпотреб. Был очень старательным, трудился добросовестно и на совесть. Вскоре зачислили меня к кандидатам в комсомол, повесили над рабочим местом портрет Сталина. А я пытался улучшать свои производственные показатели, старался перенять опыт квалифицированных рабочих. Как-то увидел, что старшие сотрудники смазывают режущие поверхности своих рабочих инструментов солидолом, поэтому дай думаю, так сделаю и я. Побежал, принес солидола, и только хотел попробовать, как случайно выплеснул его на стену, и попал как раз на портрет Сталина, на грудь вождю! Что тут началось! Сбежались комсомольцы, начали меня допрашивать и запугивать — чуть ли не ?каталажку?. Не знаю, чем бы закончилась и история, чтобы за меня не вступился авторитетный коммунист. Благодаря ему меня только перевели на некоторое время на тяжелую работу: качать колодки. Однако, мое наказание имело существенное ?плюс?: там я начал зарабатывать 30 рублей в день, а на прежнем месте зарабатывал 25. Поэтому, когда пришло время возвращаться, я отказывался, хотел остаться. Но все равно забрали.

— Я кем Вам запомнился начало войны?

— Утром мы с другим рабочим точили детали на улице возле цеха. Вдруг слышим безумный гул и свист, и как раз посередине между отделочным и сборочным цехами падает бомба. Она была небольшая, где-то ?сотка? — и к счастью, никого не убила. Только повылетали стекла, нас отбросило и обмазали грязью.Это была одна из первых немецких бомб, сбросили на Прилуки. Самая попала в дом в переулке напротив мебельного комбината: ее разбило, погибли дед с бабой, вторая упала в конце огорода усадьбы по улице Пушкина, третья же — большая, с тонну весом — на городское кладбище. Воронка от нее есть и еще — туда выбрасывают мусор, когда убирают кладбище.

— Как Вы попали в Истребительного батальойну?

— В августе 41-го нас вывозили рыть окопы, — в Мотовиловке на Одесской трассе, под Васильковом, в Борзне. Работали круглосуточно, под бомбами, под артобстрелами, спали в сараях и скотники. Когда 5 сентября в 5 часов утра немец форсировал Десну и сделал артподготовку — вся Борзна горела, ребята покидали лопаты и разбежались кто куда. Мы с тремя прилучанами собрались и пошли пешком домой, более ста километров.
Вернулся я на мебельный комбинат в свою бригаду. Поскольку был кандидатом в комсомол и хорошо себя зарекомендовал, меня зачислили в организации, которая уже была создана на мебельном комбинате в то время и называлась Истребительным батальоном г. Прилуки. В него входили работники предприятия Александр Федосеевич Николенко, Семен Яковлевич Рубан, Григорий Остапович Левенец, Григорий Иванович Савченко, Саполович (к сожалению, не помню имени). Все они уже покойники.

— Чем занималась эта организация?

— Наша программа заключалась в том, чтобы ничего не оставить немцу: ни зерна, ни крошки хлеба, ни капли муки. Сразу же после моего возвращения на предприятие перед нами поставили задачу курить город. На мебельном комбинате получили все средства для этого: факелы, бутылки с горючей смесью.Носил их в своем вещмешке за плечами. Действовали группой, среди бела дня. Был я рослым, физически развитым, поэтому с работой справлялся хорошо. Я забрасывал бутылки до зданий, другие поджигали стены: тогда же все было деревянное, занималось и горел очень быстро. Таким образом сожгли обувную, галантерейную и шорную фабрики (стоявшими друг возле другой в центре города), мельницы Шахина и Долгина — последняя пылала две недели уже при немцах, никто ее не тушил.Сожгли и продуктовый магазин ? 19, где моя мать работала уборщицей. Когда дошла очередь до мебельного комбината — то собрались, подумали: где мы будем работать, когда война закончится? Да и не сожгли.

— Кто отдавал приказы о том, какие заведения уничтожать в Прилуках?

— Я тогда был еще маленьким, 14-летним парнем, поэтому лишь выполнял то, что мне говорили старшие. Кто приказывал — не интересовался и не расспрашивал, и думаю, что такие приказы шли ?сверху?, ведь подобные решения в 40-е годы не могли приниматься руководством предприятия или города.

— Предприятия и магазины только горели, или еще и розграбовувалися?

— Выполняя задания, мы только жгли здания, ничего себе оттуда не забирали. Розграбунок начался 17 сентября, когда в Прилуках по сути не было власти: наша армия уже покинула город, а фашисты еще не вступивших. Тогда действительно в городе стоял тотальный грабеж: из магазинов выносили все, что видели. Мы с ребятами пошли грабить магазин на Кустовцах, неподалеку моего дома. Там уже было много людей, разгребали все подряд — продукты питания, мыло, соль … Я набрал сигарет. Принес их домой, и еще пачку штыков и дымовые шашки (которые украл в полку, который накануне отступал из города) и капсюлей к ним, забрал из военкомата, который тоже уже уехал. Мать как увидела то ?добро? — сильно меня вычитала: мол, люди набрали еды и мыла, а я приволок такого хлама, ?железа?.Пришлось закопать штыки на огороде, они зарыты там и по сей день. А шашки сжег во дворе — было столько дыма, затянуло несколько дворов. Понаехали немцы, едва скрылся от них на чердаке.

— А что Вы собирались делать со штыками?

— Воевать, конечно. Тогда же у молодежи патриотизм был не такой как сейчас. Мы с детства искренне хотели защищать государство, рвались на войну. Я лично в 14 лет бегал с такими же 13-15-летними сверстниками в военкомат проситься на фронт. И таких ребят в Прилуках было много. В то время в городе был военком по фамилии Катаманин — он поставил стражей, чтобы не пускали нас, чтобы не мешали работать.


Tags:

жизнь накануне войны

жители грабили магазины

Прилуки жгли и грабили


Similar posts

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*