Староста своих не предал

Written by bobrpravda   // 27.10.2013   // 0 Comments

Староста

Староста

Микроавтобус с семью пассажирами пересек белорусско-украинскую границу и направился в село горошковый Речицкого района Гомельщине.
Никто из путешественников в этих краях не бывал, поэтому организаторы поездки немного волновались: как примут белорусы. Ведь повод для знакомства несколько необычный.
Григорий Иванович Кириенко, житель села Черныш Черниговского района (в прошлом пожарный), 15 лет назад услышал историю, которая поразила и вдохновила на поиски.
Он начал собирать информацию, но документов не сохранилось, только воспоминания тех, кто помнил этого человека. Речь идет о Николае Яковлевича Садченков, который во время немецкой оккупации был старостой. Свидетели нашлись не только в Черныше, но и в других селах.

Поисковик записал их воспоминания и познакомился с потомками старости которого люди вспоминали добрыми словами. Свидетели событий осени 1943-го считают, что благодаря Николаю Садченков оккупанты не спалили Черныш.
Прошлое не забывается
Хутор Лопатин, что рядом с тереховка (15 км к северу от Чернигова), сожжено вместе с людьми. Перед зимой, в Яцево (Новоселовка) состоялась карательная акция: за то, что из лагеря сбежали военнопленные, местные жители заплатили жизнями.

В окружающих селах людьми владел страх. Хотя советская армия в 1943 в стремительно приближалась к Черниговщины — уверенности, что доживут до освобождения, крестьяне не имели.

Старожилы вспоминают в Черныше расквартированных немцев не было — только полицейский участок с управой, куда наведывалось оккупационное начальство. Селом руководил староста Николай Яковлевич Садченков, полицаями служили местные мужчины.

Так дожили до 43-го. Но вот в воздухе запахло смертью — там и здесь фашисты расправлялись с местным населением. Но за что пострадали соседи-Лопатинцы, в Черныше никто не знал.

И один бывает воином
?Пусть меня расстреляют, но 42 двора насмерть я не подпишу?, — так сказал моей свекрови, Евлании Севастиивни, наш староста, — рассказывала 86-летняя жительница Черныша Анна Степановна Кириенко. — Ведь они с детства дружили, вместе ходили в церковь, поэтому Николай Садченков (по-уличному — Гньот) и посоветовал выпроводить меня с ребенком к матери в Бигач на Менщину подальше от беды.

По его словам, наша семья была в списке тех, кого собирались казнить: мой муж, секретарь комсомольской организации, ушел на фронт добровольно.

Другие люди переводят воспоминания родителей, как черниський староста давал, рискуя жизнью, фальшивые справки родственникам военнопленных (из Яновского лагеря) о том, что бы те ребята местные, живут рядом, в Черныше или Клочкове, а по ним пришел кто-то из семьи, поэтому немцы их отпускали.

Говорят, если бы ?настучал?, что Гньот раздает справки совсем чужим людям, спасая их от гибели — сам бы попрощался с жизнью.

Сейчас в селе живут дети тех, кого староста уберег от вывоза на работу в Германию. Рассказывают, что он каким-то образом предупреждал потенциальных жертв, и те уходили из деревни подальше. Также выпускал из-под стражи тех, кто был задержан за контакты с партизанами или еще по каким-то причинам.

О карательные операции рассказывают следующее: прежде чем совершить преступление, оккупанты составляли список ?виновных?, подлежащих казни, и документ должен подписать староста (представитель местной власти).

Вспоминают, что у Черныша, в сокорках (месте, где росло много тополей) уже были покопанное рвы. Но старости удавалось оттягивать время казни. И, к счастью, карательная операция обошла Черныш.

Хорошими словами вспоминали Николая Садченков и родственники тех, кому суждено служить полицаями. Жизненный опыт 54-летнего старосты уберег ребят от преступлений против своих людей.

?Он не дал молодым испачкать руки кровью, а сам ходил на службу, как на Голгофу, подставляя голову и всю семью под казнь?, — говорит Анна Степановна Кириенко.

— Я нашел младшего сына Николая Садченков в Терехивци, — рассказывает Григорий Кириенко. — Узнал, что его старший брат Филипп (1913-го г. р.) Жил в Чернигове, но давно умер. А несколько лет назад и мой знакомый трагически погиб в лесу. Так, по словам покойного Михаила Николаевича Садченков, его отец, Николай Яковлевич, родился в 1889 году, вероятно, происходил из семьи раскулаченных, перед войной был инженерно-техническим работником на Черниговской шерстяной фабрике.

Он имел определенное образование, и, как раскулаченный, (недоволен советской властью) мог подойти для подпольной работы. Ведь теперь известно, что партийные органы, отступая в 1941-м, оставляли своих людей (не вызывали подозрений у врага) в тылу, для сотрудничества с партизанами и оккупантами одновременно. После освобождения Черныша 19 сентября 1943 староста бесследно исчез.

Время и границу для благодарных не помеха

Оксана Павловна Танкевич — председатель исполкома Заспенськои сельсовета, недалеко Речицы — делегацию чернишцив встретила тепло, как знакомых. Ведь перед этим получили письмо, в котором те просили разрешения поклониться земле, в которой покоится их односельчанин Николай Садченков.

По словам мужчин 1923 года рождения, которых оккупанты угнали на запад под натиском советских войск (воспоминания которых записал Григорий Кириенко), был и черниський староста. Остановились в селе горошковый, во временном лагере для гражданских пленных. Там немцы и расстреляли, кто не убежал.

Оксана Павловна рассказала о своем ?хозяйстве?, показала горошковый и агрогородках Заспа (центр сельсовета). Делегация чернишцив: сельский голова Владимир Краснопольский, учительница истории Татьяна Луговская, поисковик Григорий Кириенко, внук старосты Михаил Садченков, художественный руководитель Черниського дома культуры Виктор Акуленко и водитель микроавтобуса Григорий Кисель подошли к братской могиле, в которой похоронены гражданские жертвы войны.

Кроме ритуального венка от благодарных односельчан, чернишци привезли и горстку родной земли. В молчании они положили ее между плитами с именами погибших и взяли белорусской земли, чтобы положить к обелиску в Черныше. Затем зажгли свечу и минутой молчания почтили память жертв войны.

Михаил Садченков с разрешения председателя исполкома включил гимн Украины. Оксана Павловна Танкевич, в свою очередь, пообещала, что до 18 ноября (день освобождения Речицкого района) внесет имя Николая Яковлевича Садченков в список похороненных в братской могиле Заспы.

После памяти земляка чернишци вручили представителям Заспенськои общины каравай на рушнике и блюдо с портретом Кобзаря. А также пригласили белорусов в гости. Состоялось искреннее общение. А по приезде домой, на митинге по случаю 70-летия освобождения района от оккупантов, обо всем рассказали односельчанам.

Взгляд через годы

— Я и многие чернишцив против того, чтобы сотрудничество с оккупантами автоматически приравнивалась к измене Родине, — говорит Григорий Кириенко. — В каждом случае надо разбираться отдельно. Можно только представлять состояние мужчины, который никому ничего не мог сказать, но от правильности поведения которого зависели жизни односельчан.

В Евангелии от Иоанна сказано: нет большей любви, как если кто положит душу положит за друзей своих.


Tags:

Староста


Similar posts

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


*