Конь — верный помощник героев и богов

Written by bobrpravda   // 20.04.2013   // 0 Comments

Конь Конь

Конь

Конь

В славянской мифологии конь, как и утка, ассоциировался с солнцем. Славяне связывали с лошадью умирания и рождения солнечного божества. Различные археологические находки (оберег «утка с головой коня»; фибула, на которой изображен Великую Богиню — так, что руки ее постепенно переходят в лошадиные головы) — подтверждают предположение: наши предки верили, что солнце днем путешествует небом в колеснице, запряженной лошадьми, а ночью переплывает подземными реками с помощью уток.
Конь — верный помощник героев и богов. Божество грозы в индоевропейской мифологии представлялось рыцарем-змееборцем на лошади или на боевой колеснице, запряженной лошадьми. Скандинавский бог Один имел восьминогого коня Слейпнир. Лошадь, как и птица, был посредником между мирами живых и умерших.
Непосредственное причастность лошадей к Богу Солнца изображают различные древние мифы. Общим для индоевропейцев есть образ Бога-Солнца на боевой колеснице, запряженной лошадьми. Так, в индийской мифологии известен один из вариантов мифа о сотворении людей. Бог Солнце вылепил мужчину и женщину из глины. Однако не успел он подарить вылепленным глиняным фигуркам жизни, как лошадь вдребезги уничтожил творение, предвидя будущие страдания, нанесут ему люди. Тогда Бог Солнце создал сначала паука. И пока новые глиняные фигурки высыхали, паук сплел такую ??прочную паутину, крылатый конь не смог ее прорвать.

Отголоски верования о мифическом коня видим в украинском колядке:
Золотая грива лошади покрыла,
Серебряные копыта камень хлопают,
Камень хлопают, церквей строят
С тремя верхами, с тремя крестами:
На первом кресте — солнышко в весне,
На втором кресте — месяц в кресле,
На третьем кресте — звезда с моря …
Ритуальный связь человека и лошади проявляется по-разному через образ мирового древа. Белорусы называют одну из главных частей жилья — печной столб — «коневой» столбом или просто «конем». Столб этот имел непосредственное отношение к домашнему очагу, следовательно, и душ умерших предков.

При строительстве жилья восточные славяне чаще использовали как жертву коня. Соответственно, и крыши тех домов украшали изображением головы лошади — так называемыми «коньками», «коньками».
Жертвование лошади или посвящение живого животного различным божествам — характерны для многих народов. Так, покровительницей лошадей у римлян была Диана. А в гуннов во время церемонии присяги пили кровь священного белого коня, смешанную с вином. В восточнославянских колядках распространенный мотив потопления в море (реке) конского табуна, среди которых выделяется чудесный конь. Ученые видят в этом мотиве ритуал жертвоприношений коня.
Лошадь появился на территории Украины давно: лошадиные кости, найденные на Приднепровье, датируются IV тыс. до н.э., причем это останки уже прирученных лошадей. Археологическим свидетельством зарождения культа этого животного считают находки ее захоронений, а также изображения коня или его головы.
Голова лошади играла важную роль в ритуалах всех индоевропейских народов, поэтому в сказке появляется образ чудесной кобыльего Председателя, которая награждает добрую и отзывчивую девушку: «Девка, девка, влезь мне в правое ухо, а в левое вылезь!
Как заглянула же она в правое ухо, а там всякого добра и видимо, и невидимо! Чего там только не было! И убранство всякие, лошади, кареты, кучера. А золота и серебра! А денег! »
В обрядах украинской свадьбы и «посижиння» при мертвецы перед похоронами и рождественском колядовании — везде есть образ ?коня?, которого по большей части не маскировали. По ?коня? преимущественно выбирали веселого остроумного мужчину — чтобы из него «было смеха много». Отличалась только «кобылка» из Подолья. Это была особая конструкция: до перевернутого корзины, который прикрывали одеялом, цепляли спереди лошадиную голову из дерева, а сзади конопляный хвост. Посередине обязательно было отверстие для «всадника», до пояса которого и крепилась «кобылка». «Всадник» легко мог управлять «кобылкой», прибегая к различным комических трюков, — и это смешило чел. На севере Польши, в Мазовии, с коньком похожего вида колядники обходили поля, припеваючи традиционных земледельческих песен.
В Карпатах с ряженым «всадником на коне» появлялись на свадьбе. «Лошадью» были двое молодых парней, покрытых покрывалом или вретище. А во время погребального «посижиння» «на коне» ездил «армянин» и, пытаясь подражать особенности армянского языка, покупал «скот», прибегая к всевозможным выходкам, часто срамных. Все его действия были направлены на то, чтобы рассмешить людей, а сам погребальный смех предвидел будущее возрождение и служил живым оберегом от представителей потустороннего и самой смерти.
Конь — посредник между мирами и царствами: своим и «тридесятом» — обладает способностью предугадывать. Смерть, свадьбу или весну лошадь слышит за двенадцать дней вперед. Слышит также «на себя беде» — что он «будет тяжелой работе» (Черниговщина). Предчувствие беды лошадью символически выражается различными действиями: «проломился конь вороной на широком мосту» (в другом варианте — «споткнулся»), «Конь воды не пьет, он на воду дует».

Мария Приймаченко. Едет осень на коне
В древности был обычай хоронить коня вместе с умершим. Такой конь имел перенести покойника в мир, служить хозяину и там. И даже когда утвердился культ предков и возникло верование, что умершие никуда не уходят, НЕ уезжают, а живут в доме, под порогом, у печки, — то и тогда лошадь остался животным, общается с мертвецом. Поэтому в волшебной сказке рассказывается о умершего отца, дарующего младшему сыну-дурак несколько волосков из конской гривы (в другом варианте — уздечку), с помощью которых можно призвать коня необычайной силы и красоты. Этот мотив фигурирует в сказке еще ??и потому, что у многих народов существовал обычай в знак траура по умершим срезать из гривы и хвоста лошади пучки волос и закапывать близ могилы.
Волосы с лошадиной гривы также часто использовали в народной магии. Это говорит песня:
Цыганочка да враги
Волю совершила, и волю поступила.
Стригла гриву лошади вороном.
Козака курила, и чтобы с неверным жила.
Окраска лошади влияет на его символическое значение. Песня, как и сказка, указывает на различные масти животного:
Запрягайте лошади-Сивца —
Напились в свата пивка,
Запрягайте вороного —
Поедем ко второму.
В Веснянке, щ в его записи ав Игнат Танцюра от Евдокии Зуихи, имеем образ черного коня, который приобретает здесь отрицательное значение, а сама веснушка своей структуре напоминает заговор:
… Но уродился черный мак,
Повадился черный конь,
Надо его поймать
Но господину завести.
— Ой господин мой, батюшка!
Сделай ему уздечку.
Мне будет черный конь,
Тебе нелюбимый мой.
Древние источники описывают белого коня, который был при храме Святовита — бога земных плодов и военной добычи. Этот конь принадлежал божеству, кормить его и садиться на него мог только жрец. Лошадь служил для предсказания перед началом большого дела. Подобная двойная символика сохранилась и в народном соннике: «На белом коне ехать верхом — счастье, на буланом — слабость». Причастность белого коня в царство мертвых нашла и другая трактовка: когда снятся белые лошади, это до смерти.
Белый конь встречается чаще всего в сказках и легендах. Белый цвет в целом является характерным признаком потусторонних существ, потерявших телесность. Везде, где конь играет культовую роль, он всегда белый. В образе белого коня некоторым людям даже появляется сокровище.
В украинской волшебной сказке конь предстает надежным товарищем, побратимом героя. Лошадь не просто помощник, он не только предвидит события, но и оказывает различные диковинки: делает героя красавцем («Ванька-золотокудрявець») или превращается в замечательное сооружение («и конь сдох — и стал дворец»). В сказке о казаке Дримсона мудрый конь предусмотрительно советует казаку не трогать найдено перо волшебной птице, иначе «будет беда». Впоследствии лошадь помогает непослушному Дримсону поймать самой птицы, найти даму, которой тот принадлежит, а затем и «стадо лошадей», по которому тоскует девушка. О такой лошади народная мудрость гласит: «Доброму коню хвате доброго слова».

Мария Приймаченко. Сватает Иван Галя
До существуют предания о богатырских коней, которые имеют удивительную силу (их не удержат и несколько мужчин), а также способность летать «выше лесов стоячих». Такой конь сам разыскивает своего хозяина, который живет обычной жизнью и не подозревает, что он богатырь. И только, как «придет его время», садится на коня и идет «на границу» — змеев стеречь.
Особое значение приобрел лошадь во времена казачества. Лошадь — хороший товарищ казака, верен до могилы, часто провожает его в последний путь:
Казака несут
И коня ведут,
Лошадь головушку клонит.
Интересной гранью образу коня является его эротическая символика. В одной из так называемых «эротических» сказок, вариант которой использовался на Подолье в середине XIX в., Персонажи — госпожа и ее слуга — говорят между собой метафорическим языком, в которой прутень называется «конем», влагалище — «колодцем», поэтому, соответственно, и половые сношения образно описано как поения лошади.
Часто символ коня приобретает эротического окраски в свадебных песнях:
Да давали лошадям гречку,
Как ехали по Дивочку,
А теперь чечевицу —
Везем женщину.
В свадебном обряде, когда молодой с боярами идет за невестой, иметь в вывернутой кожухе выходит на порог и осыпает всех овсом, а один из бояр между тем обводит лошади вокруг дежи. В купальской песни поется:
Ой на Купала, на Ивана
Там скакал конек под гречихой,
А за ним Василий с уздечкой:
— Не скачи, конь — обуздает,
А вечером еще и оседлаю.
Да и поедем к Марине.
Она Купала убирает,
А меня молодого дожидается.
Она свечи зажигает,
Свое Василия дожидается …
В лирических песнях поить или пасты лошади — признак наибольшего доверия к милому:
Ой ты, месяцу, я звездочка ясная,
Ой ты, парень, я девушка красная.
В вишневом саду я тебе коня пасла.
Ой пасла, пасла — вечера до полуночи,
Упала роса на мои карие глаза.
Не так на глаза, как на Русу косу,
Сердце парень — венчика НЕ доношу …
Одна девушка «взяла коня за удила, по дворике вела». Другая говорит: «А я своему миленькому лошади пою». Однако бывает, что парень просит: «Девушка моя напиток мя коня», а она не соглашается:
Не подадут, ибо эта боя,
Не твое жена.
Некоторые казаки умеют наобещать «золотые горы», такие предлагают:
Девушка моя садись на коня,
Да и поедем в чистое поле, к моему двору,
А в моем дворе — штыри комнате,
Еще пьятая свитличенька — для миленькой …
Зачастую девушки отказываются, говоря:
Казаку мой, если бы я твоя —
Взяла бы лошадь за шелковый повод и напоила …


Tags:

Конь


Similar posts

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*